Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 09.07.2026
- Новости Израиля
Нет, это не Кирьят-Шмона: это история одного украинского села Вищетарасівка, которое также осталось один на один с войной - 09.07.2026
- Новости Израиля
Chornitsa at Sho: украинский рок из Хайфы прозвучит в Тель-Авиве 7 августа 2026 года - 09.07.2026
- Новости Израиля
…
28 июня в Дакке тысячи людей смотрели матч чемпионата мира по футболу 2026 года между Аргентиной и Иорданией не как нейтральные зрители.
Они кричали, спорили, радовались, переживали за каждый рывок и каждый удар.
Многие были в бело-голубых футболках сборной Аргентины. Но это были не аргентинцы. Это были болельщики из Бангладеш — страны, где футбол любят массово, громко и по-настоящему, но собственной команды на чемпионате мира до сих пор нет.
Когда Лионель Месси забил свой первый гол на турнире, отправив мяч мимо вратаря Алжира, в фан-зонах Дакки началась почти национальная радость. Только национальной сборной, за которую можно было бы так болеть, у Бангладеш на мундиале не оказалось.
Похожая картина видна в Индии и Индонезии. Люди собираются у экранов, болеют за Аргентину, Бразилию, Францию, Марокко или другие команды, но делают это потому, что их собственные сборные годами остаются за пределами главного футбольного турнира планеты.
И вот здесь появляется вопрос, который важен не только для спорта — пишет bbc 5 июля 2026.
Почему восемь из десяти самых густонаселенных стран мира не представлены на чемпионате мира 2026 года?
На первый взгляд кажется, что страна с огромным населением должна автоматически иметь сильную сборную.
Больше людей — больше детей во дворах, больше потенциальных талантов, больше конкуренция, шире выбор для тренеров. В теории это звучит логично. На практике футбол устроен гораздо сложнее.
Из десяти самых населенных стран мира на нынешнем чемпионате играют только две — США и Бразилия. Россия и Нигерия в прошлом неоднократно выходили на чемпионаты мира, но в этом турнире их нет. Китай и Индонезия появлялись на мундиале лишь по одному разу.
Индия, Бангладеш, Эфиопия и Пакистан пока остаются странами огромного футбольного интереса, но без реального присутствия на главной сцене.
У Индии была особая история: формально страна квалифицировалась на чемпионат мира 1950 года в Бразилии, но снялась менее чем за месяц до старта. С тех пор самая густонаселенная страна мира так и не вернулась к этой возможности.
Бангладешская актриса, писательница и футбольная болельщица Одите Карим формулирует проблему жестко: для страны, где миллионы людей любят футбол, такое отставание выглядит неприемлемым.
И она права.
Футбол в таких странах есть. Болельщики есть. Страсть есть. Но между любовью к игре и сборной, способной пройти квалификацию на чемпионат мира, лежит огромная дистанция.
Британский экономист Стефан Шимански, соавтор книги Soccernomics, объясняет футбол через логику национальной экономики.
Чтобы экономика росла, нужны люди. Но одних людей недостаточно. Нужны капитал, инфраструктура, институты, управление и способность превращать потенциал в результат.
В футболе это означает качественные поля, детские академии, тренеров, систему отбора, медицинское сопровождение, регулярные соревнования, прозрачное управление федерациями и понятный путь от детского футбола до профессионального клуба.
Если этого нет, миллионы мальчишек и девчонок могут любить футбол, но страна все равно не получит сильную сборную.
Шимански также указывает на важность богатства. В его анализе успешные футбольные страны чаще всего имеют достаточно высокий средний доход, который позволяет вкладываться в спорт системно, а не случайными рывками.
Но есть исключения.
Бразилия и Аргентина не являются самыми богатыми странами мира, однако вместе они завоевали восемь титулов чемпионов мира. Это показывает, что деньги важны, но не решают все.
Есть еще один фактор — футбольная память.
Все страны, которые когда-либо выигрывали чемпионат мира, были сильны в футболе уже очень давно.
Аргентина, Бразилия, Англия, Франция, Германия, Италия, Испания и Уругвай не появились в мировом футболе вчера. Их сборные, клубы, школы и болельщицкая культура формировались десятилетиями, а иногда больше века.
Уругвай — особенно показательный пример.
В стране живет около 3,5 млн человек, но она дважды становилась чемпионом мира — в 1930 и 1950 годах. Секрет не в размере населения, а в раннем старте, футбольной культуре и плотной международной конкуренции. Первый матч сборная Уругвая сыграла еще в 1902 году против Аргентины.
Для многих стран Африки и Южной Азии история была другой. Они позже получили независимость, позже начали строить собственные спортивные институты и чаще сталкивались с проблемами, которые не имеют прямого отношения к игре: политическая нестабильность, слабое финансирование, нехватка стадионов, неэффективные федерации.
И все же догонять возможно.
Марокко на чемпионате мира 2022 года стало первой африканской сборной, вышедшей в полуфинал. Южная Корея, принимавшая турнир вместе с Японией в 2002 году, остается единственной азиатской командой, которая доходила до четверки сильнейших.
Эти примеры важны и для израильского читателя.
Израиль тоже хорошо знает, что футбол — это не только талант на поле. Это долгий вопрос управления, детских школ, клубной среды, инфраструктуры, тренеров, федераций и правильной конкуренции. Поэтому, когда НАновости —Новости Израиля | Nikk.Agency пишет о мировом футболе через международную повестку, речь идет не просто о спорте, а о том, как государства превращают человеческий потенциал в реальную силу.
Эфиопия ни разу не играла на чемпионате мира.
Ее главный футбольный успех остался в далеком прошлом — победа на Кубке африканских наций в 1962 году. Ближе всего к мундиалю сборная была в квалификации к чемпионату мира 2014 года, когда дошла до решающего раунда, но уступила Нигерии.
Сегодня проблемы эфиопского футбола выглядят не абстрактно, а очень конкретно.
Местные СМИ пишут о нехватке инвестиций и стадионов. Исполнительный директор Эфиопской премьер-лиги Кифле Сейфе заявил, что в нынешнем сезоне более 380 матчей провели всего на трех сертифицированных стадионах.
Для национальной сборной это тоже стало ударом. Домашние матчи отбора ей пришлось проводить в Марокко.
Трудно строить сильную футбольную страну, когда даже домашнее поле становится роскошью.
В Индии, Пакистане и Бангладеш часто говорят, что развитию футбола мешает крикет.
Аргумент понятен. Индия — одна из сильнейших крикетных держав мира, а Indian Premier League считается самой богатой крикетной лигой на планете. Деньги, медиа, внимание родителей и спортивные амбиции среднего класса уходят туда.
Бывший игрок сборной Индии Шьям Тхапа говорит, что успех крикета влияет на выбор семей. Родители чаще ведут детей в крикет, потому что видят там карьеру, статус и заработок.
Но Одите Карим не считает это главным объяснением.
Она напоминает об Австралии и Новой Зеландии. Обе страны сильны в крикете, но это не мешает им регулярно выходить на чемпионаты мира по футболу.
Значит, дело не только в конкуренции видов спорта.
Проблема глубже: нет системы подготовки, нет устойчивой структуры, нет достаточного качества управления. Когда футбол существует как массовая любовь, но не как профессиональная лестница, страна получает миллионы болельщиков — и очень мало игроков международного уровня.
Китай — самый загадочный случай.
Страна десятилетиями демонстрирует выдающиеся результаты на Олимпийских играх, умеет строить спортивную вертикаль и концентрировать ресурсы. Но в мужском футболе Китай так и не стал мировой силой.
На чемпионате мира сборная Китая играла только один раз — в 2002 году. Тогда команда проиграла все матчи группового этапа и не забила ни одного мяча.
Эксперт по китайскому футболу Марк Дрейер считает, что теоретически Китай способен воспитывать игроков мирового уровня. Но, по его словам, главная проблема — чрезмерный государственный контроль и решения, которые спускаются сверху вниз.
Футболом должны управлять футбольные специалисты. Когда на первый план выходит политическое вмешательство, система начинает работать не на развитие игры, а на выполнение административных ожиданий.
В 2010-х Китай активно инвестировал в футбол. Клубы Суперлиги приглашали известных игроков из Европы и Южной Америки, рассчитывая поднять уровень чемпионата. Но громкие покупки не стали заменой долгой работе с детьми, тренерами и клубной культурой.
Индонезия тоже участвовала в чемпионате мира только однажды — в 1938 году, когда выступала под названием Голландская Ост-Индия, еще в колониальный период.
В квалификации к ЧМ-2026 Индонезия добилась прогресса и дошла до финального раунда отбора. Но этот успех во многом связан не с массовым развитием местных игроков, а с привлечением футболистов европейского происхождения с индонезийскими корнями.
Иногда в стартовом составе сборной выходили восемь или девять игроков, родившихся в Европе.
Это может дать быстрый результат, но не всегда отвечает на главный вопрос: растет ли собственная футбольная система внутри страны?
Пакистан и Бангладеш завершили борьбу уже на групповом этапе азиатского отбора, не выиграв ни одного из шести матчей.
У Пакистана была еще одна проблема. С 2017 по 2025 год ФИФА трижды отстраняла страну от международных соревнований из-за внутренних политических конфликтов в национальной футбольной федерации.
Для сборной это почти приговор.
Когда федерация нестабильна, календарь рвется, игроки теряют международную практику, тренеры не могут строить долгосрочный проект, а болельщики снова получают только чужие флаги на больших турнирах.
Для миллионов людей в Бангладеш, Индии, Индонезии, Пакистане и Эфиопии чемпионат мира остается праздником, даже если их сборных там нет.
Они находят себе команды, выбирают кумиров, спорят о Месси, Роналду, Бразилии, Аргентине, Марокко, Франции или Испании. Иногда чужая сборная становится почти своей, потому что эмоции требуют выхода.
В этом есть грусть, но есть и сила футбола.
Чемпионат мира давно перестал быть турниром только для стран-участниц. Его смотрят и проживают даже там, где национальная команда пока не смогла пробиться на поле.
Одите Карим говорит об этом честно: она не видит реальных шансов, что Бангладеш сыграет на чемпионате мира при ее жизни. Но болельщики все равно хотят прочувствовать каждую минуту радости, которую дает турнир.
Именно в этом парадокс современного футбола.
Самые населенные страны мира могут не иметь сборной на мундиале, но их улицы, фан-зоны и экраны все равно становятся частью чемпионата мира.
Потому что футбол выигрывают не только те, у кого больше населения.
Его выигрывают те, кто умеет строить систему, терпеливо развивать игроков, защищать спортивные институты от хаоса и превращать любовь миллионов в результат на поле.
Если вам важно видеть израильско-украинскую повестку без российской оптики — добавьте НАновости в Google.
https://www.google.com/preferences/source?q=news.nikk.co.il
…
Срочно нужны деньги в Хайфе, Крайот и Севере Израиля?: как проверить возможность ссуды и не потерять на продаже золота — 07.07.2026
— Новости Израиля
Гаага готовит трибунал для россии: почему это важно Израилю и как кремль будет ломать процесс — 07.07.2026
— Новости Израиля
Страны-миллиардеры без сборной: почему самые населенные государства мира снова смотрят ЧМ-2026 с чужими флагами — 07.07.2026
— Новости Израиля
Сообщение Страны-миллиардеры без сборной: почему самые населенные государства мира снова смотрят ЧМ-2026 с чужими флагами появились сначала на ПП Диплом-Сервіс. Дипломні роботи, Курсові роботи, Магістерські роботи з Економіки та Права.
Сообщение Страны-миллиардеры без сборной: почему самые населенные государства мира снова смотрят ЧМ-2026 с чужими флагами появились сначала на Новости Израиля israeli-news.nikk.co.il.
